Инсценирование казни на Семёновском плацу
Жили мы в куче… Вечная вражда, ссора вокруг, брань, крики, шум, всегда под конвоем и никогда один — и это четыре года без перемен…
Меня спасла каторга, … совсем новым человеком сделался. Я там себя понял… Христа понял… русского человека понял и почувствовал
1 февраля Петербург прощался с великим писателем. Хоронили в Александро-Невской лавре. 72 делегации несли венки, 15 хоров пели. У ворот возникла давка, было решено пускать делегации, в этой суматохе чуть не задавили Любу Достоевскую, а Анну Григорьевну не хотели пускать «до выяснения личности» … Такой манифестации Петербург ещё не видел!